Ливны

Ливны — город (с 1586) в Орловской области России, административный центр Ливенского муниципального района. Образует городской округ город Ливны. Город Ливны признан одним из самых благоустроенных городов России III категории (2-е место в 2008 г. и 3-е место в 2007 г.).

Своё название город Ливны получил от названия рек, у слияния которых был изначально основан. Это Ливна Полевая и Ливна Лесная:11.

История

Первое упоминание города в летописях относится к 1177 году. Он был центром удельного Ливенского княжества, входившего в Княжество Рязанское:49. Современными раскопками определено расположение этого места, находящегося от нынешнего города на 4 км выше по течению Ливенки — у слияния рек Ливны Лесной и Ливны Полевой. Оно названо археологами Ключевским городищем. Городище представляло собой небольшое, укреплённое по периметру поселение общей площадью порядка 450 кв. метров. То есть поселение, которых в Древней Руси была половина:49-51.

Этот первый город был полностью уничтожен в XIII веке в ходе Западного похода Батыя. Тогда же исчезло и Ливенское удельное княжество:12.

Возрождение произошло лишь через 300 лет. Укрепляющееся Московское княжество, куда теперь входили ливенские земли, нуждалось в защите своих границ. Поэтому с 1571 года в числе 73 прочих укрепленных пунктов южного рубежа (сторо́ж) возникают и Усть-Ливны на реке Сосне:12-14.

Обнесённая тыном, со смотровыми вышками и воротами, служебными и жилыми избами, набатом и церковью, ливенская сторо́жа охраняла берег Сосны длинной в 21 версту от устья реки Труды до устья реки Кунач:14.
В 1586 году вышел указ царя Фёдора Иоанновича, сообщавший: «… на Сосне, не доезжая до Оскола два днища, поставить велено город Ливны, а на Дону, на Воронеже, не доезжая до богатого затона два днища, велено поставить город Воронеж… Каковы будут вести на Ливнах про приход воинских людей на государевы украина — с Ливен посылать с вестьми на Воронеж, — и с Воронежа потому ж на Ливны с вестьми посылать»:14-15.

Роль Ливен того времени раскрывают, как минимум, два источника. Первый — письмо иезуитов Чижевского и Лавицкого, отправленное в Путивль сторонникам Лжедмитрия I в феврале — марте 1605 года. В нём, кроме сообщения о переходе Ливен на сторону самозванца, говорится: «… Ливны не уступают по размерам Путивлю, значение этого города в военное время исключительно велико». Второе упоминание можно встретить в записках капитана Жака Маржерета — современника, авантюриста и профессионального наёмника, путешествовавшего в 1590 — 1606 годах: «…страна обитаема лишь до Ливен, расположенных примерно в 700 верстах от Москвы. За ними есть различные города, именно: Борисов город, Царев город и другие. Этот Царев Город почти на 1000 верст удален от сказанных Ливен. Эти города постоянно заселяются; землю находят весьма плодородной, но они осмеливаются обрабатывать ее только в окрестностях городов».

Таким образом, к концу XVI века Ливны и Воронеж стали частью южных рубежей, позднее входивших в Большую засечную черту. Они защищали государство от набегов из придонских степей.
В 1778 году Ливны становятся уездным городом Ливенского уезда в составе Орловского наместничества (с 1796 года — Орловской губернии).
В августе 1918 года в Ливенском уезде произошло мощное антибольшевистское восстание. Повстанцам удалось очистить от большевиков центр уезда — Ливны. После прибытия из Орла подкреплений большевики вернули Ливны под свой контроль; силы восставших были рассеяны и уничтожены.
С 30 июля 1928 года город является центром Ливенского района Орловского округа Центрально-Черноземной области (с 1937 года — Орловской области).
28 апреля 1962 года город Ливны отнесен к категории городов областного подчинения.
С 1 января 2006 года Ливны образуют городской округ «Город Ливны».

Культура и достопримечательности

Наиболее старым из сохранившихся памятников истории и архитектуры Ливен является построенный в XVII веке Свято-Сергиевский кафедральный собор архиепископа Орловского и Ливенского:59. Кроме того по городу, в центральной его части, много зданий различного назначения, возникших на рубеже XIX—XX веков. Значительное их число отмечено памятными досками. Например, представленные ниже в фотогалерее здания Духовного училища и Русско-Азовского банка.

У современной городской черты можно видеть очень интересный пример старинного промышленного строительства — Адамовскую мельницу. Созданная в конце XIX века:25 с применением новейших тогда железобетонных элементов здания и электропривода от турбины к жерновам, она являлась одним из крупнейших предприятий своего времени.

В городе имеется краеведческий музей с картинной галереей, библиотеки, кинотеатры, несколько парков и спортивных сооружений, ряд высших, средних и начальных учебных заведений, а также Художественная школа, называемая «Художкой».

В пригороде Ливен, на месте массовых убийств коммунистами в 1937—38 годах жителей города и округи, располагается Мемориал Липовчик.

Ливенские гармони

Плешковский гончарный промысел

Ливенские места также известны своим гончарным промыслом.

В ста метрах от деревни Плешково, названной по фамилии своего основателя еще в XVI веке, находится месторождение огнеупорной глины, объём которой оценивается в 4 млн.тонн:439. Местные жители, не имея возможности полностью обеспечивать себя ведением сельского хозяйства, были вынуждены искать приработок, чем и стало гончарное дело. В 1880 году «Указатель промыслов Орловской губернии» сообщал, что «…плешковский промысел имеет немалую давность»:445. Однако его расцвет совпал лишь с началом XX века; тогда в деревне было около 100 дворов, где проживало порядка 500 человек.

До 1929 года гончары работали единолично. Затем их объединили в промартель, производившую как домашние глиняные изделия — посуду, игрушки и т. п., так и кирпичи. Мастеров, работавших на гончарном круге, было порядка 15 человек. Для заготовки глины и производства кирпичей привлекалось ещё около 50. Кирпичи делали исключительно в летний период непосредственно у места добычи глины, а посуду — круглогодично, в закрытых помещениях. Обжиг проводили в специальных печах устраиваемых с противопожарной целью вдали от жилья. Мелкие игрушки, как правило, свистящие, обжигали в домашних печах (иногда — одновременно с приготовлением пищи). Интересно, что дрова для обжига, по причине отсутствия леса, закупались везде по округе, где продавались на слом ветхие строения.

Работа в артели требовала большой физической силы, особенно на заготовке глины. Делалось все вручную; механизация присутствовала только в виде лошадей. Лишь после Великой Отечественной войны печи стали топить вместо дров мазутом.

Плешковские изделии хорошо раскупались на многочисленных ярмарках Орловской и Курской губерниях. Высокое качество глины и умение мастеров обеспечивали производство лёгких, изящных и прочных изделий. Посуду вообще делали «что звон», и она действительно звенела при ударе щелчком.

Ассортимент посуды был довольно широк. Это — кухонные и цветочные горшки, кувшины, плошки-тарелки, кружки, квасницы для приготовления кваса, большие сосуды по 10—20 литров (макитры) для хранения сыпучих и жидких продуктов. Из строительных изделий делали (кроме кирпичей различной формы) дымоходные трубы, плитку и изразцы для облицовки печей, черепицу для кровли.

Игрушки-свистелки обычно мастерились женской частью Плешково. Заметного дохода они не приносили и продавались буквально по копейке, но в качестве подарка детям с ярмарки пользовались огромным спросом. Обычно это были куколки, солдатики, уточки, лошадки; все они приспосабливались для свиста: у животных или птиц свисток встраивался в хвост, а у солдатиков или барыни свистела правая рука. Иногда свисток содержал несколько дополнительных отверстий, что позволяло подыгрывать простейшие мелодии.

Цех плешковской промартели гончаров прекратил свое существование в 1952 году. Восстановившаяся к этому времени металлургическая, стекольная, фарфоро-фаянсовая промышленности значительно снизили спрос на глиняные изделия. Вместе с промартелью постепенно исчезло и производство плешковских игрушек.

Городские легенды

Древность Ливен

С давних времен бытовало мнение, об известности города с XII века. Например, его высказывал Г. Пясецкий, утверждая в 1893 году, будто «не подлежит сомнению, что Ливны принадлежат к числу древнейших городов Орловской губернии, так как они не только существовали в XII веке, но были тогда уже княжеским городом»:22.

Мнение основывалось на трех приводимых фактах::21-22

• В 1888 году преподаватель Воронежской духовной семинарии и член Ученой Рязанской Архивной комиссии Стефан Егорович Зверев отыскал в частной библиотеке г-на Муромцева в селе Баловневе Данковского уезда Рязанской губернии рукописный сборник 1667 года. Там помещалась родословная Рязанских князей, где на листе 287 упоминались дети князя Глеба Ростиславича Рязанского (умершего в 1177 году) сидевшие «на Ливнах и на Воронеже».
• В. Н. Татищев (1686—1750) колебался в названии князя Святослава (XIII век) Липецким или Ливецким, то есть Ливенским.
• С. М. Соловьёв (1820—1879) вторя В. Н. Татищеву, считал, что территория княжения Святослава и сама его деятельность больше соответствует Ливнам, чем Липецку.

В 70-х годах XX века на ливенском въезде в названии города поместили дату основания — 1180 г. и даже поговаривали о скором праздновании 800-летия. Однако, после запроса руководства города, Главное архивное управление СССР официально сообщило, что город-крепость Ливны основан в 1586 году и никакими другими документами Центральный государственный архив древних актов не располагает:89. Поэтому к концу 1970-х годов дату при въезде изменили на нынешнюю, сообщённую архивным управлением, а празднование перенесли на 1986 год. Память о более раннем годе основания осталась лишь в виде панно на центральной улице. Здесь же размещена и мемориальная доска о награждении города орденом в связи с 400 летней годовщиной.

Сегодня аргументы Г. Пясецкого не считаются достаточно весомыми, так как мнения В. Н. Татищева и С. М. Соловьёва по сути — лишь сомнения, не подкрепленные документами. Кстати, в современных изданиях (например, у В. Н. Татищева:47-50) Святослав, попавший в хроники 1284—1285 гг., однозначно зовётся липецким. Найденные же документы Стефана Зверева вроде бы бесследно погибли в пожаре (впрочем, так же, как и оригинал «Слова о полку Игореве»).

По всей видимости, неоднозначность года основания Ливен происходит из фактически двойного их рождения.

Первое — «спонтанно-экономическое»; произошло в XII веке в лесу у слияния рек Ливна Полевая и Ливна Лесная. Это подтверждено проводившимися раскопками древнего городища, остатки которого отнесены к 1150—1200 годам. По данным С. П. Волкова:10, первое рождение закончилась уничтожением поселения ордами хана Батыя в 1237 году.

Второе — «декретно-оборонное»; произошло по Указу 1586 года сравнительно недалеко от места первого, в четырёх километрах южнее, у впадения реки Ливны (ныне Ливенки) в реку Сосну (то есть на самой границе ногайских и московских территорий).

Именно эта разрывность времени и места существования является причиной разночтений даты рождения города.

Отметим одну интересную особенность датировки года основания 1586-м годом. Выше упоминалось, что и Ливны, и Воронеж основаны в этом году одним и тем же указом царя Фёдора Иоанновича:14-15. Однако официально считается, что Воронеж на год старше Ливен, то есть основан в 1585 году.

Предание о Колоколе

Стихи написаны С. Н. Булгаковым ещё в юности:15. Они о едва ль не самой распространенной городской легенде, известной всякому ливенцу с детства, настоящем романтическом рассказе, почти сказании о граде Китеже. Якобы в старое время, когда в кремле, стоявшем на крутом откосе, что над Сосной, взялись устанавливать большой Колокол, он неожиданно сорвался, скатился с горы и утонул в реке. Дна там, как известно, нет, а потому доставать даже не пытались. С той поры и до сих пор перед каждым большим известием слышится ночами из-под воды его глухой рокот.

Тайники и подземелья

Как и в любом старинном городе, в Ливнах можно услышать о различных подземных галереях, сохранившихся с древности. Кое-что находит подтверждение в документах:

• В конце 70-х годов XX века газета «Орловская правда» опубликовала заметку:86 в которой сообщалось, что при сносе остатков церкви Новая Никола, располагавшейся на пересечении улиц Ф.Дзержинского и М.Горького в подвале обнаружен глубокий колодец. Воды в нём не было, но в нижней части находились горизонтальные ходы. Во избежание трагических случайностей колодец заровняли бульдозером. Но место это и сейчас можно легко найти по скульптуре ученика ремесленного училища.

• В 80-х годах прошлого века орловский историк и краевед Владимир Михайлович Неделин нашел в Российском военно-историческом архиве план ливенской крепости конца XVII века:86. Там был обозначен подземный ход от кремля (сейчас это территория городского парка) до левого берега Сосны. Судя по всему, ход мог служить для снабжения водой защитников крепости.
• В 1644 году ливенский воевода И.Бутурлин в письме Государю и великому князю Михаилу Федоровичу сообщает, что обвалился один из двух бывших в Ливнах подземных тайников. Но по причине отсутствия леса восстановить его нет никакой возможности:87.

Взяточники XIX века

Многие уездные города украшают свою историю рассказами о прокладке железной дороги. Где дали взятку и, сделав крюк, дорога прошла рядом, а где вместе с крюком даже чужое название станции присвоили их городу. Ливны скромный населенный пункт. Железнодорожная легенда также скромна. Говорят, что в 1864 году:4 ливенские купцы и промышленники раздали взятки чиновникам в министерстве путей сообщений, чтобы строившуюся Московско-Курскую железную дорогу провели через Ливны. Но узнали об этом орловско-мценские конкуренты и перекупили царское МПС. О возврате же ливенцам напрасной взятки ничего не известно. Эта легенда, если взглянуть на карту, вызывает серьезные сомнения. Железная дорога из Москвы на Курск могла пройти либо через Орёл, либо через Ливны. Трудно представить, чтобы в подобной ситуации не предпочли губернский город. Да и взятки всё-таки разумнее давать на стадии проектирования.

Георгий Димитров — ливенский земляк?

Ходили слухи, что лидер Коминтерна и Болгарской компартии Г.Димитров родом из Пол-Успенья, Ливенского уезда. Ныне это Краснозоренский район. Разговоры возникли после публикации в 1998 году «Орловским вестником» воспоминаний Киры Козьяковой о семье своего прадеда. Аргументы приводились следующие:

• В июне 1882 года в семье прадеда — Михаила Петровича Дмитриева, родился седьмой ребёнок — Георгий. По-домашнему звали его Гора, а в документах Дмитриев Георгий Михайлович. Гора вырос и после разных перипетий в 1901 году устроился работать наборщиком в одной из типографий Софии (Болгария). Здесь его связь с Пол-Успеньем теряется.

Отметим, что Георгий Димитров также начинал трудиться в софийской типографии примерно в то же время.

• В 1934 году деревенские родственники узнают пропавшего Гору в газетных фотографиях прибывшего в СССР Георгия Димитрова. Кстати «Орловский вестник» приводит фотографии К. Кизьяковой и Г. Димитрова, в которых видно явное портретное сходство.
• Официальная биография Г. Димитрова относящаяся к XIX веку весьма туманна. Отмечается, что родители и он сам — беженцы с территорий, находившихся под турецким игом (то есть приехали ниоткуда). Сведения о его близких вообще крайне скупы — хотя для серьёзного дела всегда находятся «надёжные свидетели» (например, каждый Лжедмитрий последовательно узнавался женой и матерью). А значит, версия ливенского происхождения не может быть однозначно отметена.
• Кроме внешней схожести, схожести имени, времени рождения, общего трудового начала — идентичность некоторых навыков, например знание языка жестов глухонемых и вообще склонность к языкам. Гора языку глухонемых научился у своей тетки. Относительно Г. Димитрова сведений нет.
• Большое расположение Г. Димитрова к СССР. В частности, общение в его семье с детьми и двумя жёнами шло на русском.

Завершалась статья словами К. Козьяковой: «…я окончательно утвердилась в мысли, что фотографии, письма и разные сведения, имевшиеся в нашей семье правы, доказывая тот факт, что Г. Димитров — сын моего прадеда».

Опубликованная версия так и осталась не опровергнутой, хотя и иных документов в её подтверждение также не публиковалось.

Трагедия на адамовской мельнице

История мельницы связана с трагическим самоубийством её заказчика, Адамова-отца — Федора Ивановича. Причина, приводимая С. П. Волковым:188, в следующем:

Мельница во всех смыслах была чудом тогдашней техники, объединившем самые передовые достижения в строительных технологиях и в инженерном оборудовании. Спроектирована сыном Федора Ивановича Адамова — Михаилом Федоровичем, тогда ещё студентом Петровско-Разумовской сельскохозяйственной академии. Как всякое чудо, мельница потребовала предельного напряжения от создателей. Однако ноша оказалась непосильным бременем для Адамова-отца.

Энергия воды передавалась к жерновам мельницы посредством электричества. То есть в сущности это была гидроэлектростанция, питавшая все мельничные механизмы. Случилось так, что гидротурбины в день пуска не смогли провернуться. Это стало катастрофой для Адамова-отца, потратившего на стройку около пяти миллионов рублей. Произошел нервный срыв, он обезумел и в тот же день повесился.

В дальнейшем мельница была благополучно запущена проектировщиком и наследником — Михаилом Фёдоровичем Адамовым.