Собор Святой Софии в Стамбуле

Музей Айя-Софья (Айя-Софья, Собо́р Свято́й Софи́и — Прему́дрости Бо́жией, Святая София Константинопольская) (тур. Ayasofya; греч. Ἁγία Σοφία, полностью: Ναός τῆς Ἁγίας τοῦ Θεοῦ Σοφίας) — бывший патриарший православный собор, впоследствии — мечеть, ныне — музей; всемирно известный памятник византийского зодчества, символ «золотого века» Византии. Официальное название памятника на сегодняшний день Музей Айя-Софья.

Во времена Византийской империи собор находился в центре Константинополя рядом с императорским дворцом. В настоящее время находится в историческом центре Стамбула, район Султанахмет. После захвата города османами Софийский собор был обращён в мечеть, а в 1935 году он приобрёл статус музея. В 1985 году Софийский собор в числе других памятников исторического центра Стамбула был включён в состав Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Более тысячи лет Софийский собор в Константинополе оставался самым большим храмом в христианском мире — вплоть до постройки собора святого Петра в Риме. Высота Софийского собора — 55,6 метров, диаметр купола 31 метр.

История

Первые постройки

Собор был построен на рыночной площади Августеон в 324—337 годах при византийском императоре Константине I. У Сократа Схоластика строительство первого храма, называемого Софией, относится к правлению императора Констанция II. По мнению Н. П. Кондакова, Констанций лишь расширил постройку Константина. Сократ Схоластик сообщает точную дату освящения храма: «по возведении Евдоксия на епископский престол столицы, освящена была великая церковь, известная под именем Софии, что случилось в десятое консульство Констанция и третье кесаря Юлиана, в пятнадцатый день месяца февраля». С 360 по 380 год Софийский собор находился в руках ариан. Император Феодосий I в 380 году передал собор православным и 27 ноября лично ввёл в собор Григория Богослова, вскоре избранного новым константинопольским архиепископом.

Этот храм сгорел во время народного восстания в 404 году. Построенная вновь церковь была уничтожена пожаром 415 года. Император Феодосий II повелел выстроить на этом же месте новую базилику, что было выполнено в том же году. Базилика Феодосия сгорела в 532 году во время восстания «Ника». Её руины были обнаружены лишь в 1936 году во время раскопок на территории собора.

Константиновский и Феодосиевский храмы были большими пятинефными базиликами. Скудное представление о ней дают только археологические находки, которые позволяют судить только о её внушительных размерах и богатом мраморном убранстве. Также, основываясь на её древних описаниях, делают вывод, что над её боковыми нефами располагались двухъярусные галереи, подобные построенной одновременно с ней базилики Святой Ирины.

Юстинианова базилика

Согласно Иоанну Малале, храм сгорел 13 января 532 года во время восстания «Ника». Спустя сорок дней после пожара император Юстиниан I повелел на его месте построить новую церковь того же имени, которая должна была стать по его замыслу украшением столицы и служить выражением величия империи. Для возведения грандиозного храма Юстиниан выкупил у частных владельцев ближайшие участки земли и велел снести находившиеся на них постройки. Для руководства работами Юстиниан пригласил лучших архитекторов того времени: Исидора Милетского и Анфимия Тралльского, которые ранее зарекомендовали себя возведением церкви святых Сергия и Вакха. Под их руководством трудилось ежедневно по 10 000 рабочих.

На постройку был употреблён лучший строительный материал. Мрамор привозили из Проконниса, Нумидии, Кариста и Иераполя. Также в Константинополь по императорскому циркуляру свозились архитектурные элементы древних построек (например, из Рима были доставлены восемь порфировых колонн, взятых из храма Солнца, а из Эфеса восемь колонн из зеленого мрамора). Кроме мраморных украшений Юстиниан, с целью придать возводимому им храму небывалый блеск и роскошь, использовал на его украшение золото, серебро, слоновую кость. Русский паломник Антоний Новгородец, составивший описание Константинополя перед его разграблением крестоносцами в 1204 году, даёт следующее описание алтаря собора:

Во олтари же великом над святою трапезою великою, под катапетазмою, повешен Коньстянтинов венец, и у него же повешен крест, под крестом голубь злат; и иных царей венцы висят окрест катапетазмы. Тажь катапетазма вся сотворена от злата и сребра, а столпия олтарьныя и амбон все сребряно… И се же чудо и страшно и святое явление: во святей Софии во олтари великом за святым престолом стоит крест злат, выше двою человек от земля с камением драгим и жемчугом учинен, а пред ним висит крест злат полутора локтий… перед ним три золотых лампады, в которых горит масло, эти лампады и крест соорудил царь Юстиниан, строитель церкви.

Невиданное и неслыханное великолепие храма до такой степени поражало народную фантазию, что сложились легенды о непосредственном участии в его сооружении небесных сил. По одной легенде, Юстиниан хотел покрыть золотом стены Святой Софии от пола до сводов, но астрологи предрекли, что «в конце веков придут очень бедные цари, которые, с целью захватить все богатства храма, сроют его до основания», и император, заботившийся о своей славе, ограничил роскошь постройки.

Строительство собора поглотило три годовых дохода Византийской империи. «Соломон, я превзошёл тебя!» — такие слова произнес, по преданию, Юстиниан, войдя в построенный собор и имея в виду легендарный Иерусалимский Храм. Торжественное освящение храма 27 декабря 537 года совершил константинопольский патриарх Мина.

Прокопий Кесарийский, современник строительства, описывая постройки императора Юстиниана, восторженно описывает собор Святой Софии:

Этот храм представлял чудесное зрелище, — для смотревших на него он казался исключительным, для слышавших о нем — совершенно невероятным. В высоту он поднимается как будто до неба и, как корабль на высоких волнах моря, он выделяется среди других строений, как бы склоняясь над остальным городом, украшая его как составная его часть, сам украшается им, так как, будучи его частью и входя в его состав, он настолько выдается над ним, что с него можно видеть весь город, как на ладони.

— Прокопий Кесарийский. О постройках (Книга 5: I:27)

Уже с момента постройки за церковью закрепилось название «великая». Для совершения богослужений в соборе имелась многочисленная драгоценная утварь. Для изготовления драгоценного престола собора, по сообщению Дорофея Монемвасийского, были использованы «злато, серебро, медь, электр, железо, стекло, камени честные многие, яхонты, смарагды, бисер, касидер, магнит, он(икс)ий, алмазы и иная до семидесят двух различных вещей». На нём император поместил надпись «Твоя от Твоих приносим Тебе Твои, Христе, рабы Юстиниан и Феодора». Штат церковно и священнослужителей собора при Юстиниане был рассчитан на 525 человек: 60 священников, 100 диаконов, 40 диаконис, 90 иподиаконов, 110 чтецов, 25 певчих и 100 привратников. При императоре Ираклии он доходил до 600 человек. Согласно 43-й новелле Юстиниана от каждой торгово-ремесленной корпорации выделялось определенное количество мастерских (эргастириев), доходы от которых шли на нужды храма Святой Софии.

Через несколько лет после окончания строительства землетрясение разрушило часть собора:

пала Восточная часть Св. Софии, что под святым алтарем, и разрушила киворий (то есть сень) и святую трапезу и амвон. И признавались механики, что так как они, избегая издержек, не устроили поддержки снизу, но оставили пролеты между столбами, поддерживавшими купол, посему столбы и не выдержали. Видя это, благочестивейший царь воздвиг другие столбы для поддержки купола; и таким образом устроен был купол, поднимаясь в высоту более, чем на 20 пядей сравнительно с прежним зданием.

— Хронография Феофана, год 6051 / 551

Собор также пострадал от землетрясения 989 года, особенно сильным разрушениям подвергся его купол. Здание подперли контрфорсами, от которых оно утратило свой прежний вид. Обвалившийся купол перестроил армянский архитектор Трдат, автор Анийского собора, причём архитектор сделал купол даже более возвышенным.

16 июля 1054 года в Софийском соборе во время богослужения легатом папы римского кардиналом Гумбертом константинопольскому патриарху Михаилу Керулларию была вручена отлучительная грамота. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме папских легатов. Это событие стало началом разделения церквей на католическую и православную.

До разграбления крестоносцами Константинополя в 1204 году в соборе хранилась Туринская плащаница.

В XIV веке лампадарием собора был известный церковный композитор Иоанн Кладас.

В ночь с 28 на 29 мая 1453 года в соборе Святой Софии состоялось последнее в его истории христианское богослужение, описание которой на основе византийских источников составил английский историк Эдвин Пирс:

Император и его свита приобщились Святых Тайн и попрощались с патриархом. Служба была, по сути своей, заупокойной литургией. Империя была в агонии, и как раз подобало, чтобы службой по её отлетающему духу была эта публичная церемония в самом прекрасном храме…

29 мая 1453 года храм был захвачен турками. По описанию историка Дуки они разломали запертые ворота храма и вооружённые мечами ворвались внутрь, грабя драгоценное убранство: «в одну минуту разрубили святые иконы, похитив с них украшения… а так же одежды святой трапезы… Драгоценные и священные сосуды священного сосудохранилища, золотые и серебряные и из другого вещества приготовленные, в один момент всё унесли». Находившиеся в храме молящиеся были убиты и, по сохранившемуся преданию, их кровь достигла уровня обозначенного на одной из колонн красной полосой. Греки сохранили так же предание, что в тот момент когда турки ворвались в собор в нём шла Божественная литургия и священник со Святыми дарами уже входил на амвон. Тогда что бы сохранить Святые дары часть алтарной стены разверзлась и укрыла священника, который будет пребывать в ней до момента возврата храма православным и тогда выйдет и завершит прерванное богослужение.

30 мая 1453 года султан Мехмед II, завоевавший Константинополь, вступил в собор Святой Софии, который был обращён в мечеть. К собору пристроили четыре минарета, и собор превратился в мечеть Ая-Софья. Поскольку собор был ориентирован по христианской традиции — алтарь на восток, мусульманам пришлось переиначить его, поместив михраб в юго-восточный угол собора (направление на Мекку). Из-за этой переделки в Ая-Софии, как и в других бывших византийских храмах, молящиеся мусульмане вынуждены располагаться под углом относительно основного объёма здания. Большинство фресок и мозаик остались невредимыми, как полагают некоторые исследователи, именно благодаря тому, что в течение нескольких веков были замазаны штукатуркой.

Во второй половине XVI века при султанах Селиме II и Мураде III к зданию собора были пристроены тяжелые и грубые контрфорсы, существенно изменившие внешний вид здания. До середины XIX века никаких реставрационных работ в храме не производилось. В 1847 году султан Абдул-Меджид I поручил архитекторам Гаспару и Джузеппе Фоссати провести реставрацию Ая-Софии, которой угрожала опасность обрушения. Реставрационные работы продолжались два года.

В 1935 году, согласно декрету Ататюрка, Ая-Софья стала музеем, а с фресок и мозаик были счищены скрывавшие их слои штукатурки. В 2006 году в музейном комплексе было выделено небольшое помещение для проведения мусульманских религиозных обрядов сотрудниками музея.

Архитектурные особенности

В плане собор представляет собой продолговатый четырёхугольник (75,6×68,4 м), образующий три нефа: средний — широкий, боковые — более узкие. Это базилика с четырехугольным средокрестием, увенчанным куполом. Гигантская купольная система собора стала шедевром архитектурной мысли своего времени. Прочность стен храма достигается, по мнению турецких исследователей, за счёт добавления в строительный раствор экстракта листьев ясеня.

Середина широкого нефа, квадратная в основании, ограничена по углам четырьмя массивными столбами, подпирающими громадные арки, и покрыта довольно плоским куполом 31 м в диаметре, вершина которого отстоит на 51 м от пола. Купол состоит из сорока радиальных арок; в нижних частях межарочных промежутков прорезаны арочные окна (их также 40), благодаря чему в нижней части купола создаётся ощущение сплошного светового пояса. Купол связан с перекрываемым прямоугольным в плане пространством с помощью сферических треугольников — парусов — которые в дальненйшем получили большое распространение в мировой архитектуре. К подкупольному пространству примыкают с востока и запада две колоссальные ниши с полусферическим верхом: в восточную нишу открываются своими арками ещё три меньшие ниши, из которых средняя, служившая алтарной апсидой, глубже остальных и выступает из общего плана храма в виде полукружия; к западной большой нише примыкают также три ниши; из них средняя, представляющая вверху не полусферический, а обыкновенный коробовый свод, содержит в себе три двери, ведущие в пристроенные к храму внутренний и внешний притворы (esonartex и exonartex), впереди которых некогда находился теперь несуществующий двор, обнесенный галереей с колоннами.

Подкупольное пространство с северной и южной сторон сообщается с боковыми нефами с помощью арок, поддерживаемых порфировыми и малахитовыми колоннами, вывезенными их храмов Малой Азии и Египта; под этими арками идёт ещё по ярусу подобных же арок, которыми открываются в подкупольное пространство устроенные в боковых нефах галереи гинекея, а ещё выше — громадные арки, поддерживающие купол, заделаны прямой стеной с окнами, расположенными в три ряда. Кроме этих окон, внутренности храма дают обильное, хотя и несколько рассеянное освещение 40 окон, опоясывающих основание купола, и по пяти окон в больших и малых нишах.

Внутренняя отделка храма продолжалась на протяжении нескольких столетий и отличалась особой роскошью (мозаики на золотом полу, 8 зеленых яшмовых колонн из храма Артемиды в Эфесе). Стены храма также были полностью покрыты мозаиками (как сюжетные композиции, так и орнаменты). Благодаря своей величественной архитектуре и убранству

главное святилище всего государства внушало мысль о мощи Византийской империи и церкви. Этому служили и размеры храма, рассчитанного на многотысячные людские толпы, и роскошь отделки интерьера цветным мрамором и декоративной мозаикой, и великолепие церемоний, происходивших в храме. Именно в здании нового типа, в купольной базилике св. Софии, наиболее последовательно выражены характерные для византийского искусства 6 в. тенденции к грандиозности, величественной пышности и торжественности.

К достопримечательностям Святой Софии относится «плачущая колонна», покрытая медью (существует поверье, что если положить руку в отверстие и, ощутив влагу, загадать желание, то оно обязательно сбудется), а также «холодное окно», где даже в самый жаркий день веет прохладный ветерок.

В 1935 году с фресок и мозаик были счищены скрывавшие их слои штукатурки. Таким образом, в настоящее время на стенах храма можно видеть и изображения Иисуса Христа и Богоматери, и цитаты из Корана на четырёх больших щитах овальной формы.

На перилах верхней галереи храма можно обнаружить граффити, оставленные на протяжении всей истории его существования. Наиболее древние из них покрыты прозрачным пластиком и считаются одной из охраняемых достопримечательностей (см. раздел Рунические надписи).

Мозаичный цикл

Мозаики Святой Софии представляют собой пример византийского монументального искусства периода Македонской династии. Мозаики показывают все три этапа развития столичного неоклассицизма, так как были выполнены в три периода: около середины IX века, на рубеже IX—X веков и в конце X века.

Мозаика апсиды

Самый первый мозаичный цикл был создан после окончания иконоборчества в 867 году. К ним относятся мозаики апсиды и примыкающей к ней вимы. Манера исполнения этих мозаик роднит их с живописью VII века. В апсиде помещено тронное изображение Богородицы, держащей перед собой на коленях младенца Христа. На сводах вимы по сторонам от фигуры Богородицы были изображены два архангела (сохранилась только мозаика с архангелом Гавриилом). По краю конхи была помещена греческая надпись (почти полностью утрачена) со следующим текстом: «Изображения, которые обманщики здесь низвергли, благочестивые правители восстановили». Русский паломник Антоний Новгородский, посетивший Константинополь около 1200 года сообщает, что мозаика апсиды была создана иконописцем Лазарем, пострадавшим в период иконоборчества, а после Торжества Православия получившем широкое признание. Вероятность этого допускает А. Грабар и полностью исключает византинист К. Манго. Академик В. Н. Лазарев так охарактеризовал мозаику с изображением Богородицы:

Вместо того чтобы подчинить фигуру плоскости, мозаичист располагает ее так, как будто она выступает из золотого фона. В подобной трактовке живо чувствуются пережитки того античного понимания формы, которое можно было бы назвать статуарным. И столь же сильны античные отголоски в прекрасном, полном женственности лике Марии. Мягкий овал, правильной формы нос, сочные губы — все придает ему земной характер. Но в то же время он подкупает своей одухотворенностью.

Не менее высоко им оценена мозаика с архангелом Гавриилом, он считает, что «рядом с никейскими ангелами этот изумительный образ представляет одно из высших воплощений византийского гения». Отмечают, что мозаичист передал в изображении порывистую духовную силу, но пропорции изображения являются вытянутыми и теряются правильные очертания изображения.

Мозаики южного вестибюля и северного тимпана

К первому периоду создания мозаичного украшения относятся изображения в сводчатом помещении в юго-западном углу над южным вестибюлем собора. Входная стена была украшена деисусом (фигура Иоанна Крестителя не сохранилась). На своде были помещены 12 фигур из которых сохранились и могут быть идентифицированы только пророк Иезекииль, первомученик Стефан в позе оранта и император Константин. В люнетах боковых стенах помещены полуфигуры двенадцати апостолов и четырёх святых константинопольских патриархов периода иконоборчества: Германа, Тарасия, Никифора и Мефодия. В. Н. Лазарев отмечает низкий уровень данных мозаик и предполагает, что их создали мастера из монашеских кругов, а сам их период создания сразу после окончания периода иконоборчества обуславливает влияние на них народного творчества.

Около 878 года в северном тимпане собора были созданы мозаики с изображением шестнадцати ветхозаветных пророков и четырнадцати святителей. Из них сохранились мозаики с изображением Иоанна Златоуста, Игнатия Богоносца и четырёх других святителей. Уровень мозаичистов, работавших над их созданием, В. Н. Лазарев оценивает как невысокий, но отмечает:

Фигуры широкие и приземистые, черты лица крупные, еще лишенные характерной для позднейших мозаик сухости и заостренности, одеяния ниспадают спокойными складками, в которых нет ничего от каллиграфической измельченности. Розоватого тона лица обработаны зелеными тенями, палитра строится на светлых, главным образом серых и белых, оттенках, так что в ней отсутствуют плотность и насыщенность цвета, которые отличают мозаики XI века.

Входная мозаика нарфика

В правление императора Льва VI (886—912) люнет нарфика был украшен мозаикой с изображением Иисуса Христа, сидящего на престоле с Евангелием, открытом на словах «Мир вам. Я свет миру», в левой руке и благословляющего правой. По сторонам от него в медальонах изображены полуфигуры Богородицы и архангела Михаила. Слева от Иисуса изображён коленопреклоненный император Лев VI. Несмотря на то, что композиция несимметрична (фигуре Льва не соответствует никакая фигура справа), мозаика обладает строгой уравновешенной композицией: «Она осуществляется за счёт широкой полосы внизу, на фоне которой помещена фигура, не составляющая таким образом, самостоятельного композиционного пятна. Эта полоса способствует утяжелению нижней части изображения, его прочному построению».

Андрей Грабар отмечает, что данная композиция является весьма редкой для императорской иконографии. Вероятно, она отражает некую торжественную религиозную церемонию. Эта версия основана на описанной в сочинении Константина VII Багрянородного «О церемониях» торжественной встрече императора патриархом в нарфике храма Святой Софии. Император выслушивал от патриарха «молитву входа» и затем прежде чем войти в неф собора трижды склонялся перед этой дверью. Также находят параллели между сюжетом мозаики и стихотворением Льва VI в котором он описывает Страшный Суд и припадает к ногам Христа и взывает о заступничестве к Богородице и небесным силам.

Академик В. Н. Лазарев так охарактеризовал мозаику поклонения императора Льва Иисусу Христу:

По фактуре выполнения мозаика люнеты занимает промежуточное место между мозаиками апсиды и вимы и мозаикой вестибюля св. Софии. В фигурах есть ещё типичная для искусства IX века грузность: большие, довольно массивные головы, приземистые пропорции, крупные конечности. Рисунок, особенно в трактовке тканей, порою сбит, лица лишены тонкой одухотворённости, в белёсой колористической гамме есть нечто вялое и даже безличное.

Австрийский искусствовед Отто Демус указывает, что эту мозаику можно рассмотреть только снизу и под очень большим углом зрения. Это вызвано тем, что кубики мозаики размещены в стене наклонно, чтобы составлять со взглядом зрителя прямой угол.

Портрет императора Александра

На северо-западном столбе северной галереи собора находится мозаичный портрет императора Александра. Он был открыт в ходе реставрационных работ 1958 года и имеет точную датировку 912 годом. Мозаика относится к типу вотивных изображений и является прижизненным портретом императора.

Фигура изображена во фронтальной позе, Александр представлен в драгоценном облачении, перепоясанном лором, украшенным драгоценными камнями, и короне с подвесками. В правую руку помещён предмет цилиндрической формы (акакия или анаксикакия), а в левую — держава. Мозаика изображает императора за пасхальным богослужением. Согласно книге «О церемониях» в этот день император из Большого дворца шёл в собор, неся в руке акакию (по сообщению Георгия Кодина это был свёрток из шёлковой ткани, наполненный землёй), и перепоясывался лором.

По сторонам от изображения помещены медальоны, содержащие имя императора и монограммы, расшифровывающиеся как «Господи, помоги твоему слуге, православному благоверному императору». На арках, примыкающих к мозаике с изображением императора Александра, сохранились фрагменты мозаик с орнаментом, выполненных в одно время с портретом. Однако среди них были открыты два фрагмента изображения побегов аканфа, датируемых периодом Юстиниана I.

Академик В. Н. Лазарев отмечает, что особенностью данной мозаики является широкое использование серебряных кубиков (по сравнению с золотыми), которые занимают около 1/3 фона мозаики. Также в отдельных местах мозаики (например, большом пальце и на ладони левой руки) кубиками мозаики была непокрыта подготовительная фресковая живопись.

Мозаика южного вестибюля

Мозаика люнета над дверью из южного вестибюля в нарфик собора была создана во второй половине X века. На ней изображена Богородица на престоле с Богомладенцем на коленях, а по сторонам императоров Константина (справа), приносящего в дар город Константинополь, и Юстиниана (слева), приносящего Богородице собор Святой Софии. Сам сюжет, по мнению В. Н. Лазарева, был заимствован из античного искусства. По мнению искусствоведа В. Д. Лихачёвой, эта мозаика напоминает о ктиторских портретах Юстиниана и Феодоры в базилике Сан-Витале. Помещение на одной мозаике Константина и Юстиниана не находит аналогов в византийском искусстве. Андрей Грабар отмечает, что возможно мозаичист скопировал некий древний образец так как императоры, хотя и изображены в парадных одеждах XI века, но не имеют бород, хотя они были в моде на момент создания мозаики.

Мозаику отличает попытка передать пространство — плоскость земли и перспектива в изображении трона придают ей глубину; также и сами фигуры обладают объёмом. Отмечают попытку создать на этой мозаике исторические портреты императоров. Академик В. Н. Лазарев пишет, что эта мозаика уступает другим примерам позднемакедонского искусства, а по сравнению с мозаикой вестибюля отличается использованием любимых при императорском дворе фиолетового, золотого и серебряного цветов. Также эту мозаику отличает, то что в отдельных её элементах линейно-узорная трактовка становится довлеющий техникой (например, кисти рук Богородицы и императоров расчерчены до запястий изогнутыми, но ничего не изображающими линиями).

Исламские элементы архитектуры и убранства

Рунические надписи

Рунические надписи в соборе Святой Софии — надписи, сделанные скандинавскими рунами на мраморных парапетах собора Святой Софии в Стамбуле. Вероятно, они были нацарапаны воинами из варяжской гвардии императора Византии в Средние века. Первая из рунических надписей была открыта в 1964 году, затем были найден ещё ряд надписей. Предполагается возможность существования и других рунических надписей, но специальные изыскания подобного рода в соборе не проводились.

Кампания за освобождение храма

В 2007 году ряд влиятельных американских предпринимателей и политиков возглавили движение за возвращение первоначального статуса Святой Софии — «Совет по освобождению Святой Софии» (Free Agia Sophia Council). На общественных слушаниях комитета по правам человека Конгресса США (Congressional Human Rights Caucus), прошедших 20 июня 2007 года под председательством главы комитета по внешней политике Конгресса США Тома Лантоса, президент Демократической партии штата Нью-Гэмпшир Реймонд Бакли (Raymond Buckley) сказал, в частности: «Неприемлемо лишать людей права молиться в их Церкви-Матери <…> Неприемлемо терпеть ежедневное надругательство над этим священным местом, которое используется для торговых ярмарок и концертов. Неприемлемо позволять далее такое открытое неуважение к православному христианству да и всему христианству».

Президент международного движения «Совет по освобождению Святой Софии» Крис Спиру (Chris Spirou) в апреле 2009 года сказал в интервью российской газете «Завтра»:

Мы стремимся, чтобы собор Святой Софии Премудрости Божией снова занял подобающее ему место как храм, священный для всего христианства, как мать всех церквей, как царственный храм православия — чем он и был до захвата турками-османами в 1453 году. Всё дело в том, что Святая София никогда не была мечетью и никогда не была музеем. Она всегда была христианским храмом, переделанным в мечеть султана-завоевателя, а затем и в музей. Считаю обязательным возвращение этого храма к своему первоначальному предназначению.